Обзор архитектуры Древней Персии

При рассмотрении архитектуры Персии обычно в обзор персидского зодчества включается и мусульманский период, иными словами, время после арабского завоевания, принесшего ислам. Здесь же мы рассматриваем архитектуру Персии лишь до падения империи сасанидов, т. е. до 636 г. н. э. Данный раздел правильнее поэтому назвать Древней Персией.

Рассматриваемое время делится на три периода: первый — время ахеменидов, эпоха огромной мировой империи (550 —331 гг. до н. э.), второй — парфянский период, эпоха парфянской феодальной монархии (323 г. до н. э.—226 г. н. э.) и, наконец, третий — сасанидский период, время большого феодального государства сасанидов (226 — 636 г. н. э.).

Империя ахеменидов, по сути говоря, лишь последняя фаза древневосточной деспотии, логический вывод в области государственного устройства из того, что мы имеем в Новом Вавилоне. Правда, всегда необходимо иметь в виду, что многое изменилось к данному моменту в экономической жизни Передней Азии: назрела необходимость объединения отдельных рынков, благодаря хорошим дорогам усиленно развилась торговля, возникла денежная система. Последнее обстоятельство было фактом первостепенной важности. Государство в большой степени базировалось на городских торговых элементах. У власти стояла кучка аристократов, объединенная семейными и племенными отношениями.

Архитектура этого периода в известной степени продолжает конструктивные традиции Месопотамии, хотя строительным материалом, играющим важную роль, является камень. Стены — не только обычных строений, но и дворцовых зданий — возводятся из сырца, и лишь фундамент и наличники дверей и окон — каменные. Отсутствует платформа-фундамент, какую мы встречали в долине Тигра и Евфрата. Платформы Пасаргад, Персеполя, Суз — это скорее насыпи для возведения кремля. Культовое здание стоит в стороне: дворцовые постройки заняли главное место. Крепостные платформы главных городов империи заняты, грубо говоря, строениями двух типов; хадиш, тачара — дворцами и ападана — приемными залами, не включенными, однако, в состав дворца. Дворец представляет собой в плане прямоугольник, в котором небольшое количество помещений располагается по трем сторонам колонного зала, занимающего почти половину площади здания. Дворцы обычно бывают небольших размеров. Ападана — закрытые с трех сторон грандиозные строения, плоские крыши которых поддерживают колоссальные колонны. Как в ападана, так и во дворцах занавес — навес из материи — играет большую роль. Ападана — не что иное, как палатка-павильон, но принявшая непомерно большие размеры. Этими видами зданий фактически исчерпывается то, что мы знаем об архитектуре ахеменидов. Культовые строения, с точки зрения их устройства и распространения, остаются под большим вопросом, так как мы до сих пор с уверенностью не можем назвать ни одного древнеперсидского храма, да и не совсем убеждены, были ли таковые, до того неясно многое в религии этого времени. По-видимому, большинство городских зданий были сделаны из сырца, в силу чего и не сохранились или представляют собой жалкие остатки.

Архитектура ахеменидского периода стилистически характеризуется теми же чертами, что и архитектура Месопотамии последнего периода: стремлением к грандиозности, исключительной монументальностью. Язык форм — это относится в первую очередь к декоративным украшениям — в ахеменидском искусстве носит своеобразный синкретический характер: в него включаются месопотамские, малоазиатские, египетские и скифские элементы; многие хотят видеть в нем наличие и греческих черт. Усматривать здесь результат искусственного соединения было бы ошибочно, это вполне естественный стилистический синтез, характерный для окончательной фазы древне­восточного искусства. Аналогично тому, как подготовлен и в известной мере естественен был переход от ахеменидского государства к империи Александра, так и смена в искусстве ахеменидских форм, в значительной степени уходящих корнями в ту же почву, что и греческие, эллинистическими не является неожиданной.

Второй период персидского искусства — парфянский — связывается с возникновением в восточной части бывшей ахеменидской империи феодального государства аршакидов. Лежа на торговых путях между Востоком и эллинским миром, связанными между собой торговыми интересами, парфянское государство, соперничая, должно было культурно тяготеть к греко-римскому Средиземноморью. Парфянские монархи, стоявшие во главе типичной феодальной империи, называют себя филэллинами и насильственно насаждают греческое искусство и литературу. Эллинизация Ирана, однако, не должна быть отнесена исключительно за счет подобных тенденций классовой верхушки, она является в первую очередь результатом походов Александра и селевкидов и нахождения у самых границ Персии греческих государств, а затем римских колоний на Западе и грецизированного Бактрийского царства на Востоке. Парфянская архитектура нам плохо знакома. Единственным хорошо известным памятником является дворец Хатра, выстроенный, по-видимому, во II в. н. э. Наличие как будто многочисленных эллинистических элементов (профилировка, архитектурные детали, декоративная скульптура) не заставляет включить данный памятник в восточно-эллинистический круг, так как и его архитектурные пропорции и его тектоника говорят о принадлежности к персидскому искусству. План строения представляет собой вытянутый пря­моугольник, разделенный поперечными сквозными кораблями, при фасаде на одной из больших сторон. Помещения все перекрыты Коробовыми сводами. С задней левой стороны здание имеет квадратную пристройку или большой выступ, занятый, как предполагают, культовым помещением. Стены строения декорированы пластическими изображениями античных масок. Дворец Хатра стоял в центре площади формы правильного круга, обнесенной циркульной стеной. Площадь не только была занята небольшими сырцовыми постройками, но на ней располагались шатры и палатки кочевников, превращая тем самым все сооружение в своеобразный укрепленный лагерь.

Для архитектурных памятников парфянского времени типична определенная приземистость, идущая вразрез с теми греческими декоративными элементами, которые в них применяются и которые требуют более вытянутых пропорций и иных архитектурных соотношений. Следует отметить наличие массивных карнизов, давящих на основную массу здания, придающих его монументальности не строгость и законченность греко-римских зданий, а своеобразную тяжесть и диспропорцию.

С образованием сасанидского государства (226 г. н. э.) начинается третий период персидского искусства. Сасаниды считали себя преем­никами ахеменидов или, точнее, призванными проводить национальную политику в противоположность филэллинской — парфян аршакидов. Персидское государство достигает в эту эпоху удивительного могущества и блеска. Растет город, развиваются торговые городские слои, организуются, по-видимому, ремесленники. Все государство охвачено сложной иерархической системой сословной организации. От главы государства — монарха — к низам феодальной знати тянутся ряды земельных аристократов и чиновников, среди которых большую роль играет духовенство. Главными видами строений в этот период продолжают оставаться крепость и дворец, культовая архитектура не играет значительной роли. Конструктивно важным моментом является широкое применение купольного покрытия. Центрическое построение помещений как бы отвечает центрической структуре всей государственной системы. Наряду с этим имеется коробовый свод, который порой имеет грандиозные размеры. Наиболее примечательные строения эпохи — Фирузабадский дворец (III в. н. э.), дворцы — Сарвистана (V в. н. э.), Каср и Ширин (VI в. н. э.) и Ктесифона (VI в. н. э.). Последний по своим размерам и значимости превосходит все остальные. Теперь выяснено, что против ктесифонского дворца, так называемого «Так и Кесра», высилось другое, аналогичное здание. Это дает повод думать, что наличествующая в позднейшее время в персидской архитектуре тенденция располагать строения ансамблями, противопо­ставляя одно другому, весьма древнего происхождения. Центром ктесифонского дворца является тронный зал, проникнуть в который можно было только пройдя через ряды служилой знати и гвардии, в котором за занавесом до определенного момента был скрыт «шах ин шах», царь царей,— глава государства сасанидов. Тронный зал невольно как бы делается центром всего Ктесифона, столицы Персии. Естественно напрашивается сравнение его с современной ему Софией Царьградской, являвшейся идеологическим центром Византии.

Формы персидской архитектуры эпохи сасанидов странным образом напоминают формы зданий романского стиля следующих веков в Европе, подобно тому как персидское придворное общество данного периода близко рыцарству европейского средневековья.

Сасанидское искусство выработало богатый репертуар архитектурно-орнаментальных мотивов. Пальметте и розетке придается здесь своеобразная трактовка. Пышность орнаментики, некоторая перегруженность архитектурных деталей противополагаются часто простоте форм зданий и сухости композиция фасадов. В последнее столетие существования сасанидской Персии создается особый декоративный стиль, для которого характерна большая геометризация, наблюдаемая главным образом в резьбе по штуку и как бы предвосхищающая терракотовую резную декорацию раннего мусульманского времени.

Во все периоды своего существования персидская архитектура несет одни и те же функции: она, главным образом, обслуживает верхушку правящего класса и в то же время лишь незначительно используется для культовых целей, которым отведено в области искусства третьестепенное место. В этом отношении все три эпохи последовательно проводят одну и ту же линию развития, при наличии художественных форм, свойственных искусству феодального общества.

А. С. Стрелков

Добавить комментарий

CAPTCHA
Подтвердите, что вы не спамер